Итоги года
19 апреля 2018 г.
Итоги года. Фейерверк над развалинами
8 ЯНВАРЯ 2018, АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ

ТАСС

Нет сомнений, что Кремль намерен представить победу в сирийской пустыне в качестве главного события минувшего года. Ну нет у нас побед (невидимый рост экономики – не в счет). Так что нам еще предстоит услышать немало победных рапортов военных, жаждущих поощрения высшего начальства, и увидеть бесконечное количество салютов. Подозреваю, салюты будут греметь аккурат до момента, когда Путин утвердится на следующие шесть лет в качестве главного начальника страны. При этом нельзя не признать, что сирийская операция продемонстрировала новые качества российской армии, полученные в результате сердюковских реформ, плоды которых Сергей Шойгу существенно преумножил. Речь прежде всего о способности к быстрому развертыванию. Группировка Вооруженных сил РФ появилась на Ближнем Востоке буквально в считаные дни. К тому же российские военные смогли максимально использовать те преимущества, которые определялись спецификой этого театра военных действий. В первую очередь тем, что у противника не было вовсе средств ПВО. В этих условиях удалось уйти от необходимости широкомасштабной наземной операции. Разработчики операции сконцентрировались на организации массированных ударов с воздуха. При этом в условиях многолетней гражданской войны в стране практически не осталось объективных источников информации, которые были бы признаны международным сообществом. И это позволило Москве бомбить все что угодно, презрительно отмахиваясь от любых обвинений в гибели тысяч мирных жителей.

При этом Россия участвовала и в наземных операциях. Сейчас Москва уже открыто признает, что во всех подразделениях сирийской армии действовали оперативные группы российских советников, которые брали командование на себя. То же самое можно сказать и о центральных органах военного управления Сирии, где отечественные военные и планировали боевые действия, и руководили ими. Наконец, в самых важных боях решающую роль играли наемники из «группы Вагнера». В результате, мало того, что российское Минобороны регулярно рапортовало об освобожденных от террористов территориях, оно получило формальную возможность не сообщать о потерях, которые, конечно же, превышали официально признаваемые – погибшие не проходили официально по спискам военного ведомства.

Может показаться, что Кремлю удалось реализовать голубую мечту каждого автократа – провести «маленькую победоносную войну». Которую при этом можно начинать и заканчивать по собственной прихоти. Однако в действительности салюты по поводу сирийской победы устраиваются над развалинами. Речь не только о том, в руинах лежат города этой ближневосточной страны. В руинах – российская внешняя политика. Уместно напомнить: вступление российской военной группировки в сирийскую войну осенью 2015 года неслучайно совпало с речью Владимира Путина на Генассамблее ООН. Его тогдашние призывы к созданию всемирной антитеррористической коалиции были попыткой выйти из жесткой международной изоляции, в которой Кремль оказался в результате аннексии Крыма и «секретной» войны на Донбассе. Вступление в новую войну было попыткой исключить повторение унижения, которое случилось с Путиным на саммите G-20 в австралийском Брисбене, когда никто из лидеров ведущих стран не пожелал сидеть с ним за одним столом.

Поначалу казалось, что уловка сработала: в Москву зачастили министры и премьеры стран Запада. Даже Обама – полный путинский антипод – был вынужден скрепя сердце встречаться с российским президентом. Ну, чтобы как минимум договориться об общих правилах поведения в сирийском небе для самолетов международной коалиции и российских пилотов. Однако чем дальше, тем яснее становилось – Путин и в сирийском вопросе останется Путиным. Кремль будет беспрестанно лгать, манипулировать, подтасовывать. Россия, к примеру, заблокировала резолюцию Совбеза о продолжении расследования о применении режимом Асада отравляющих веществ. При этом Москва сочла неприемлемыми выводы международных экспертов из Организации по запрещению химического оружия.

И теперь не проходит недели, чтобы представители Минобороны и МИДа не заявили, что уже после «нашей» победы (о том, что поддерживаемые США силы оппозиции взяли столицу террористов – Ракку, российские пропагандисты помалкивают) злокозненные американцы собирают уцелевших после бомбежек террористов, дабы пополнить ряды антиасадовской вооруженной оппозиции. Вместо ожидавшегося сотрудничества, которое, согласно планам Кремля, позволило бы «заиграть» необъявленную войну против Украины, операция в Сирии обернулась новой конфронтацией с Западом. Таким образом, даже победная война не помогла выйти из изоляции. Новая встреча G-20 (а это единственный международный формат, в рамках которого Путин еще сохраняет возможность контактировать с западными партнерами), проходившая во вьетнамском Дананге, обернулась новыми унижениями. Дональд Трамп, на которого в Москве возлагали большие надежды, не счел возможным встречаться с российским президентом.

Уже в первые недели его пребывания в Белом доме выяснилось, что никакой «большой сделки» между Москвой и Вашингтоном не предвидится. Напрасно думцы пили шампанское. Ставшие известными факты о попытках вмешательства российских «государственных структур» в американские выборы вызвали такую волну возмущения, привели к созданию сразу нескольких комиссий Конгресса и назначению специального прокурора. Расследование уже стоило карьеры нескольким ближайшим сотрудникам Трампа, замеченным в контактах с русскими. Все это сделало «токсичным» все, что исходит из Кремля. Сегодня в принципе исключена возможность сколько-нибудь серьезных российско-американских контактов. Вместо содержательных консультаций стороны обмениваются взаимными обвинениями. Это происходит, например, с обсуждением проблем, связанным с реализацией подписанного 30 лет назад Договора о ракетах средней и меньшей дальности. Российский президент не реже раза в неделю рассказывает о том, что в развернутых коварными американцами пусковых установках системы ПРО в Румынии можно разместить крылатые ракеты «Томагавк». Обвинения сугубо надуманные. Непонятно, зачем к нескольким тысячам этих ракет, легально находящихся на кораблях 6-го флота, добавлять еще два десятка таких же ракет, тайком размещенных на суше. Взаимное доверие между двумя ведущими ядерными державами опустилось гораздо ниже нуля. Никаких перспектив улучшения этих отношений не предвидится. Более того, отечественные бизнесмены с ужасом ждут февраля следующего года, когда американские спецслужбы должны представить Конгрессу список олигархов, поддерживающих Путина. Если против фигурантов списка будут введены полномасштабные санкции, включающие арест активов и запрет использования американской финансовой системы (что означает запрет на использование большинства иностранных банков), это грозит катастрофой для держателей общака кооператива «Озеро».

Не помогает даже то, что сегодня обе страны столкнулись с общими угрозами безопасности. Самая главная неприятность 2017 года – в мире появилась новая ракетно-ядерная держава. Это – КНДР, с лидером, степень вменяемости которого неизвестна. Ким Чен Ын проигнорировал ультиматумы Вашингтона и решения Совета Безопасности ООН. Москва изо всех сил намекала на то, что пользуется особым влиянием на Пхеньян, однако тот не обратил ровно никакого внимания на российские увещевания. Не смог Кремль воспользоваться и тем, что на глазах реализуется давняя, еще советская мечта наших дипломатов – благодаря эскападам Трампа серьезно нарастают противоречия между США и их западноевропейскими союзниками. Вместо того чтобы броситься в объятия Кремля и повиниться за поддержку Украины, страны Старого Света упорно продляют антироссийские санкции и продолжают нудно требовать соблюдения Минских соглашений. Особо убедительное доказательство внешнеполитических «успехов» Владимира Путина – то, что Финляндия и Швеция, две страны, которые буквально зубами держались за свой нейтралитет в прошлую «холодную войну», теперь ищут безопасности в сотрудничестве с НАТО. В 2017-м состоялись крупнейшие маневры на шведской территории, в ходе которых высадился американский десант. Что до многократно обещанного «поворота на восток», то он происходит в основном на уровне деклараций.

Таким образом, события 2017-го убедительно продемонстрировали блеск и нищету милитаризма как главного внешнеполитического инструмента. С помощью военной силы можно, конечно, на короткий срок напугать партнеров, однако серьезно улучшить свое положение невозможно. В ходе своей пресс-конференции Путин в сердцах признал, что Россия отнесена Западом к числу изгоев. И это главный итог года

Александр Гольц

Нет сомнений, что Кремль намерен представить победу в сирийской пустыне в качестве главного события минувшего года. Ну нет у нас побед (невидимый рост экономики – не в счет). Так что нам еще предстоит услышать немало победных рапортов военных, жаждущих поощрения высшего начальства, и увидеть бесконечное количество салютов. Подозреваю, салюты будут греметь аккурат до момента, когда Путин утвердится на следующие шесть лет в качестве главного начальника страны. При этом нельзя не признать, что сирийская операция продемонстрировала новые качества российской армии, полученные в результате сердюковских реформ, плоды которых Сергей Шойгу существенно преумножил. Речь прежде всего о способности к быстрому развертыванию. Группировка Вооруженных сил РФ появилась на Ближнем Востоке буквально в считаные дни. К тому же российские военные смогли максимально использовать те преимущества, которые определялись спецификой этого театра военных действий. В первую очередь тем, что у противника не было вовсе средств ПВО. В этих условиях удалось уйти от необходимости широкомасштабной наземной операции. Разработчики операции сконцентрировались на организации массированных ударов с воздуха. При этом в условиях многолетней гражданской войны в стране практически не осталось объективных источников информации, которые были бы признаны международным сообществом. И это позволило Москве бомбить все что угодно, презрительно отмахиваясь от любых обвинений в гибели тысяч мирных жителей.

При этом Россия участвовала и в наземных операциях. Сейчас Москва уже открыто признает, что во всех подразделениях сирийской армии действовали оперативные группы российских советников, которые брали командование на себя. То же самое можно сказать и о центральных органах военного управления Сирии, где отечественные военные и планировали боевые действия, и руководили ими. Наконец, в самых важных боях решающую роль играли наемники из «группы Вагнера». В результате, мало того, что российское Минобороны регулярно рапортовало об освобожденных от террористов территориях, оно получило формальную возможность не сообщать о потерях, которые, конечно же, превышали официально признаваемые – погибшие не проходили официально по спискам военного ведомства.

Может показаться, что Кремлю удалось реализовать голубую мечту каждого автократа – провести «маленькую победоносную войну». Которую при этом можно начинать и заканчивать по собственной прихоти. Однако в действительности салюты по поводу сирийской победы устраиваются над развалинами. Речь не только о том, в руинах лежат города этой ближневосточной страны. В руинах – российская внешняя политика. Уместно напомнить: вступление российской военной группировки в сирийскую войну осенью 2015 года неслучайно совпало с речью Владимира Путина на Генассамблее ООН. Его тогдашние призывы к созданию всемирной антитеррористической коалиции были попыткой выйти из жесткой международной изоляции, в которой Кремль оказался в результате аннексии Крыма и «секретной» войны на Донбассе. Вступление в новую войну было попыткой исключить повторение унижения, которое случилось с Путиным на саммите G-20 в австралийском Брисбене, когда никто из лидеров ведущих стран не пожелал сидеть с ним за одним столом.

Поначалу казалось, что уловка сработала: в Москву зачастили министры и премьеры стран Запада. Даже Обама – полный путинский антипод – был вынужден скрепя сердце встречаться с российским президентом. Ну, чтобы как минимум договориться об общих правилах поведения в сирийском небе для самолетов международной коалиции и российских пилотов. Однако чем дальше, тем яснее становилось – Путин и в сирийском вопросе останется Путиным. Кремль будет беспрестанно лгать, манипулировать, подтасовывать. Россия, к примеру, заблокировала резолюцию Совбеза о продолжении расследования о применении режимом Асада отравляющих веществ. При этом Москва сочла неприемлемыми выводы международных экспертов из Организации по запрещению химического оружия.

И теперь не проходит недели, чтобы представители Минобороны и МИДа не заявили, что уже после «нашей» победы (о том, что поддерживаемые США силы оппозиции взяли столицу террористов – Ракку, российские пропагандисты помалкивают) злокозненные американцы собирают уцелевших после бомбежек террористов, дабы пополнить ряды антиасадовской вооруженной оппозиции. Вместо ожидавшегося сотрудничества, которое, согласно планам Кремля, позволило бы «заиграть» необъявленную войну против Украины, операция в Сирии обернулась новой конфронтацией с Западом. Таким образом, даже победная война не помогла выйти из изоляции. Новая встреча G-20 (а это единственный международный формат, в рамках которого Путин еще сохраняет возможность контактировать с западными партнерами), проходившая во вьетнамском Дананге, обернулась новыми унижениями. Дональд Трамп, на которого в Москве возлагали большие надежды, не счел возможным встречаться с российским президентом.

Уже в первые недели его пребывания в Белом доме выяснилось, что никакой «большой сделки» между Москвой и Вашингтоном не предвидится. Напрасно думцы пили шампанское. Ставшие известными факты о попытках вмешательства российских «государственных структур» в американские выборы вызвали такую волну возмущения, привели к созданию сразу нескольких комиссий Конгресса и назначению специального прокурора. Расследование уже стоило карьеры нескольким ближайшим сотрудникам Трампа, замеченным в контактах с русскими. Все это сделало «токсичным» все, что исходит из Кремля. Сегодня в принципе исключена возможность сколько-нибудь серьезных российско-американских контактов. Вместо содержательных консультаций стороны обмениваются взаимными обвинениями. Это происходит, например, с обсуждением проблем, связанным с реализацией подписанного 30 лет назад Договора о ракетах средней и меньшей дальности. Российский президент не реже раза в неделю рассказывает о том, что в развернутых коварными американцами пусковых установках системы ПРО в Румынии можно разместить крылатые ракеты «Томагавк». Обвинения сугубо надуманные. Непонятно, зачем к нескольким тысячам этих ракет, легально находящихся на кораблях 6-го флота, добавлять еще два десятка таких же ракет, тайком размещенных на суше. Взаимное доверие между двумя ведущими ядерными державами опустилось гораздо ниже нуля. Никаких перспектив улучшения этих отношений не предвидится. Более того, отечественные бизнесмены с ужасом ждут февраля следующего года, когда американские спецслужбы должны представить Конгрессу список олигархов, поддерживающих Путина. Если против фигурантов списка будут введены полномасштабные санкции, включающие арест активов и запрет использования американской финансовой системы (что означает запрет на использование большинства иностранных банков), это грозит катастрофой для держателей общака кооператива «Озеро».

Не помогает даже то, что сегодня обе страны столкнулись с общими угрозами безопасности. Самая главная неприятность 2017 года – в мире появилась новая ракетно-ядерная держава. Это – КНДР, с лидером, степень вменяемости которого неизвестна. Ким Чен Ын проигнорировал ультиматумы Вашингтона и решения Совета Безопасности ООН. Москва изо всех сил намекала на то, что пользуется особым влиянием на Пхеньян, однако тот не обратил ровно никакого внимания на российские увещевания. Не смог Кремль воспользоваться и тем, что на глазах реализуется давняя, еще советская мечта наших дипломатов – благодаря эскападам Трампа серьезно нарастают противоречия между США и их западноевропейскими союзниками. Вместо того чтобы броситься в объятия Кремля и повиниться за поддержку Украины, страны Старого Света упорно продляют антироссийские санкции и продолжают нудно требовать соблюдения Минских соглашений. Особо убедительное доказательство внешнеполитических «успехов» Владимира Путина – то, что Финляндия и Швеция, две страны, которые буквально зубами держались за свой нейтралитет в прошлую «холодную войну», теперь ищут безопасности в сотрудничестве с НАТО. В 2017-м состоялись крупнейшие маневры на шведской территории, в ходе которых высадился американский десант. Что до многократно обещанного «поворота на восток», то он происходит в основном на уровне деклараций.

Таким образом, события 2017-го убедительно продемонстрировали блеск и нищету милитаризма как главного внешнеполитического инструмента. С помощью военной силы можно, конечно, на короткий срок напугать партнеров, однако серьезно улучшить свое положение невозможно. В ходе своей пресс-конференции Путин в сердцах признал, что Россия отнесена Западом к числу изгоев. И это главный итог года.

Фото: Сирия. Латакия. Многофункциональные бомбардировщики Су-34 перед вылетом с авиабазы Хмеймим в пункты постоянного базирования на территории России. Снимок с видео. Управление пресс-службы и информации Минобороны РФ/ТАСС













  • Алексей Макаркин: россияне в целом адаптировались к новому, в основном «пониженному» уровню жизни. Кто-то нашел новую работу, но большинство затянули потуже пояса.

  • Андрей Солдатов, Ирина Бороган: 2017 был годом, когда стало окончательно ясно — старым правилам путинских спецслужб, выработанным в 2000-е, пришел конец.

  • Максим Блант: Децентрализация – это тенденция, которая выходит далеко за рамки интернета.

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
2017 – год катастрофических побед
9 ЯНВАРЯ 2018 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
В 2017 году произошло сильное сокращение России как страны и как государства. Не в смысле территории, тут России по-прежнему очень много. И не в смысле численности популяции, тут убыль есть, но мизерная, всего по данным Росстата 0,001%. Страна и государство скукожились по сути своей. Уменьшился внутренний масштаб России. Поясню. У Толстого есть простая формула, позволяющая оценить масштаб человека с помощью дроби, в числителе которой то, что он собой представляет, а в знаменателе то, что он о себе думает. Если попробовать использовать нечто подобное для характеристики страны и государства, то в числителе будет сумма всего того, чего Россия достигла в экономике и политике, а в знаменателе то, что о себе страна говорит по телевизору, и то, что думает о России ее население.
Итоги года. Годы идут…
7 ЯНВАРЯ 2018 // АНТОН ОРЕХЪ
Годы идут… Очередной год позади не только у страны. С каждым прожитым годом, откровенно говоря, про страну как таковую начинаешь думать все меньше, а про себя и своих близких все больше… От семнадцатого года ждали всяких потрясений. Аналогии уж слишком явно напрашивались. Не просто сто лет революции к этому подталкивали, а все внутри и вокруг страны прозрачно намекало на катаклизмы. Но катаклизмов не случилось. И мы просто прожили еще один год в привычном уже болоте. И именно это чувство меня и огорчает.
Итоги года. Церковь в путах политтехнологии
7 ЯНВАРЯ 2018 // СВЕТЛАНА СОЛОДОВНИК
2017 год отличался небывалым накалом религиозных страстей. Начался он с суда над преподавателем йоги Дмитрием Угаем, обвиненным на основании «пакета Яровой» в незаконной миссионерской деятельности. Участники процесса сломали немало копий, пытаясь доказать — одни, — что никакой миссионерской деятельности не было, а другие — что была, была, это вам только кажется, что вас учат на голове стоять, а на самом деле — погружают в чуждую духовную практику. Угая, к счастью, от обвинений в миссионерстве освободили.
Итоги 2017: сошествие в Ад
6 ЯНВАРЯ 2018 // СЕРГЕЙ МИТРОФАНОВ
Мне трудно выделить итоги по пунктам: первое, второе, третье… Пожалуй, и не произошло ничего такого, что изменило бы заданную годы назад траекторию. Скорее все только усугубилось и ускорилось. Если речь идет о более-менее образованной и самостоятельно мыслящей прослойке, то мы — да, перестали смотреть телевизор. Как бытовой прибор он начисто выпал из обихода, накрыт черной тряпкой, чтобы из него ничего не выскакивало. Однако «паршивец», надо сказать, весьма успешно промыл мозги «широким слоям».
Год величия и апатии
6 ЯНВАРЯ 2018 // АЛЕКСЕЙ МАКАРКИН
В 2017 году электоральная поддержка россиянами Владимира Путина находилась на очень высоком уровне. По данным Левада-центра, в декабре 2017 года за него готовы проголосовать 61% от всех россиян и 75% от принявших решение идти на выборы. Это делает результат президентских выборов предрешенным. Находившиеся на втором-третьем местах Владимир Жириновский и Геннадий Зюганов, получили, соответственно, 8 и 6% от всех и 10 и 7% от желающих. Видимо, результаты опросов стали одним из основных факторов, заставивших лидера КПРФ отказаться от участия в выборах. Перспектива проигрыша Жириновскому стала реальной – а позволить себе таким образом завершить свою политическую карьеру Зюганов не мог.
Итоги года. Обретение альтернативы
5 ЯНВАРЯ 2018 // МАКСИМ БЛАНТ
Как бы парадоксально это ни прозвучало, но 2017 год стал для меня, уж простите за пафос, годом обретения надежды. Это абсолютно субъективное ощущение, имеющее, тем не менее, объективные основания. Скажу сразу: ни Навальный, ни Собчак, ни даже «оглушительная победа независимых кандидатов» на муниципальных выборах к этому никакого отношения не имеют. Скорее наоборот, все они существуют в той системе, которая доживает последние годы и в которой больше нет жизни.
Итоги года. Суровые годы проходят
5 ЯНВАРЯ 2018 // ЛЕОНИД ГОЗМАН
Есть такой анекдот. Хоронят еврея. Ребе просит кого-нибудь сказать добрые слова о покойном. Все молчат, он настаивает, говорит, что это обязательно. Тогда один из присутствующих поднимает руку: «Я скажу добрые слова. У покойного был брат. Он был еще хуже». Это я про ушедший год, кто не понял.  Это был год Трампа. Америка замерла в ужасе – что будет делать только что избранный президент? Прогнозы были самые апокалиптические. Оказалось, ужас, но не ужас-ужас. Оказалось, что созданная более двухсот лет назад политическая система способна купировать даже Трампа, хотя и не бесплатно – платить и Америка, и мир будут еще долго.
Итоги года. Спецслужбы: 2017
4 ЯНВАРЯ 2018 // АНДРЕЙ СОЛДАТОВ, ИРИНА БОРОГАН
2017 был годом, когда стало окончательно ясно — старым правилам путинских спецслужб, выработанным в 2000-е, пришел конец. Соперничество неподконтрольных силовых ведомств, превращенных в феодальные вотчины своими руководителями, и такая же средневековая идея «нового дворянства» как российской элиты – все это перестало быть актуальным. В 2017 году Путин окончательно перестал играть с этим постмодернистским проектом (да и само словосочетание «новое дворянство» вышло из употребления) и решил вернуться к схеме, которую он хорошо помнит по временам своей молодости – схеме работы позднесоветского КГБ.
Прямая речь
3 ЯНВАРЯ 2018
Алексей Макаркин: россияне в целом адаптировались к новому, в основном «пониженному» уровню жизни. Кто-то нашел новую работу, но большинство затянули потуже пояса.
В блогах
3 ЯНВАРЯ 2018
Максим Блант: Децентрализация – это тенденция, которая выходит далеко за рамки интернета.