Фантомная любовь к «Ялте»
17 ФЕВРАЛЯ 2020, АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ



В Мюнхене прошла очередная международная конференция по безопасности, которую иногда называют военно-политическим Давосом. Настроения, царившие в эти дни в баварской столице, радужными уж точно не назовешь. Обзор состояния дел в мире, который организаторы готовят к конференции, на сей раз получил название «Westlessness», что можно перевести как «Беззападность». «Мир становится менее западным. Но что еще важнее, менее западным становится сам Запад. Это то, что мы называем "беззападностью"», — с горечью констатируется в докладе. Действительно, ныне коллективный Запад с его институтами и ценностями оказался в глубоком кризисе. В них, этих институтах, разочаровалась значительная часть населения ведущих развитых государств. А, разочаровавшись, стала голосовать назло, за откровенных популистов, вроде Трампа в Штатах и сторонников «Брекзита» в Великобритании. В результате под вопрос были поставлены устои обеспечения безопасности западных государств, прежде всего Североатлантический альянс. Американский президент все более определенно требует, чтобы западноевропейские союзники платили за товар, именуемый безопасностью. И речь не только об увеличении военных расходов. Выступавшие в Мюнхене госсекретарь Майк Помпео и министр обороны Марк Эспер требовали от европейцев отказа от проектов с Китаем и Россией. Вашингтон настаивает на торговых и финансовых преференциях от Старого Света. «Сегодня значение Запада все больше оспаривается. Мы — свидетели "распада Запада" как относительно сплоченной геополитической конфигурации», — указывается в документе.

Естественно, что этим должны были воспользоваться военные оппоненты Запада – Россия и Китай. «В максимально короткие сроки Москва раскрыла все свои интересы: вернулась в Сирию, вернулась в Ливию, вернулась в Африку, присутствует в каждом кризисе из-за наших слабостей или ошибок», — подчеркивается в докладе. В условиях кризиса западных ценностей было бы логично, если бы российские представители на конференции хотя бы попытались показать некую альтернативу враждебным им западным ценностям. Однако выступление главы российского внешнеполитического ведомства полностью соответствовало названию, которое в докладе было дано главе, посвященной России, – «Потемкинское государство». Сергей Лавров представил некий ставший уже традиционным для нынешней путинской дипломатии набор симулякров. Сперва – инвективы в адрес неких враждебных сил, которые непонятно почему, очевидно, из присущей им злобности, пытаются из всех сил принизить роль СССР в разгроме нацизма. Потом последовала главная пропагандистская находка – обвинение в некоей «варваризации международных отношений, ухудшающей саму среду обитания человека». При этом из лавровского списка признаков этой «варваризации» многое, если не все, можно отнести к практике самого Кремля. Например, то, что понижается порог применения ядерного оружия – участники мюнхенской конференции уж точно не забыли путинской угрозы ввести повышенную готовность ядерных сил в момент присоединения Крыма. А констатация того, что «множатся региональные кризисы, попираются нормы международного права, в том числе путем силового вмешательства в дела суверенных государств», уж точно применима к секретной войне на Донбассе.

Как же Лавров предлагает бороться в «варваризацией»? Все просто – все проблемы будут решены, если реализовать предложение Владимира Путина о проведении саммита лидеров стран-постоянных членов Совбеза. Хоть глава российского МИДа отдельно оговаривает, что речь не идет о создании еще одного закрытого клуба, где кулуарно будут решаться судьбы человечества, на самом деле речь идет об очередной попытке реинкарнировать Ялтинскую встречу. Именно Ялта, где избранные распоряжаются будущим мира, является идеалом в путинских представлениях о дипломатии. Проблема в том, что именно сейчас попытки воссоздания «ялтинской» системы, когда одни указывают, как и где жить другим, терпят очевидный провал.

Вот уже несколько лет Россия, Турция и Иран пытаются на троих разрешить проблемы Сирии, измученной гражданской войной. Получается не очень. Что и был вынужден признать в Мюнхене Лавров: «…у России, Ирана и Турции далеко не совпадающие цели в отношении Сирии и всего региона. Не буду вдаваться в детали – мы все понимаем, о чем идет речь». И вот как раз сейчас эти противоречия дали себя знать. Сирийская армия при поддержке российской авиации ведет наступление на провинцию Идлиб, последний оплот «террористов», куда отряды вооруженной оппозиции последовательно вывозились из так называемых «зон деэскалации». Осенью 2018-го Путин и его турецкий коллега Эрдоган одобрили соглашение, согласно которому Анкара получала право создать свою «зону безопасности» на территории Сирии (суверенитет которой Кремль регулярно клялся поддерживать). Турки оборудовали несколько хорошо укрепленных постов. А потом началось сирийское наступление. И, как и следовало ожидать, прямые боестолкновения турецких и сирийских войск. Ведь турки оказались фактически окружены сирийцами. Стороны винят друг друга в вероломстве. Вот Эрдоган изливает свое раздражение журналистам: ««Кому верить? 3-4 дня назад я поговорил с Путиным. Это был отличный разговор. На следующий день появились заявления с серьёзными обвинениями в адрес Турции. Ничего подобного в беседе с Путиным не было. Что с вами? Значит, наверху одно, а внизу другое». Заодно турецкий президент обвинил высших российских военных в том, что они прямо руководят действиями наемников из «группы Вагнера» в Ливии. При этом турки перебрасывают в Идлиб подкрепления, тяжелые вооружения, грозят сбивать авиацию сирийской армии. Очевидно, готовясь к грядущим столкновениям, источник «Ведомостей» («близкий к одному из силовых ведомств» России) сообщил, что боевикам передается и военная техника, и даже форма турецких военнослужащих.

А это ведь типичная «Ялта», когда, поделив чью-то территорию, высокие договаривающиеся деятели тут же принимаются наступать друг другу на ноги. В Мюнхене Сергей Лавров призвал Запад отказаться от «фантома российской угрозы», хотя украинский кризис продемонстрировал, что угроза эта более чем реальна. Параллельно российский министр навязывает мировому сообществу свою фантомную любовь к «новой Ялте». Едва ли получится…


Фото: wikipedia.org












  • Алексей Кондауров: В наше время уже ничему не приходится удивляться, но если эти люди действительно имеют отношение к взрыву, то это полный абсурд и дикость.

  • РБК: Столь масштабных акций, подрывающих работу посольств и способных привести к фактическому замораживанию двусторонних отношений, стороны прежде не предпринимали.

  • Дмитрий Гудков: Череда бессмысленных подлостей, которые нельзя объяснить ничем, кроме вседозволенности. Осталось ли хотя бы одно преступление, которое этот режим еще не совершил?

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
В конкурсе «Враги России» Чехия опережает Польшу
20 АПРЕЛЯ 2021 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Республика Чехия с Россией не граничит. Что, конечно, досадно. Сейчас вполне можно было бы послать на эту границу парочку десантных полков или танковую дивизию. Чтобы танки катались вдоль этой самой границы, гремели гусеницами, пыхтели двигателями, пугали зарвавшихся чехов. Тут важно отметить, что до последнего времени российско-чешские отношения были не то, чтобы безоблачными (на планете Земля таких стран практически не осталось), но далеко не самыми натянутыми на европейском континенте. Чешский президент Земан не раз подвергался критике на родине за слишком лояльное отношение к путинскому режиму, а еще совсем недавно шла речь о том, что эта европейская страна, возможно, закупит нашу вакцину от коронавируса. 
Прямая речь
20 АПРЕЛЯ 2021
Алексей Кондауров: В наше время уже ничему не приходится удивляться, но если эти люди действительно имеют отношение к взрыву, то это полный абсурд и дикость.
В СМИ
20 АПРЕЛЯ 2021
РБК: Столь масштабных акций, подрывающих работу посольств и способных привести к фактическому замораживанию двусторонних отношений, стороны прежде не предпринимали.
В блогах
20 АПРЕЛЯ 2021
Дмитрий Гудков: Череда бессмысленных подлостей, которые нельзя объяснить ничем, кроме вседозволенности. Осталось ли хотя бы одно преступление, которое этот режим еще не совершил?
Зачем Байден звонил Путину?
14 АПРЕЛЯ 2021 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Президент США Байден 17 марта назвал Путина убийцей. Путин ответил детсадовской дразнилкой и предложил встретиться и поговорить. Тогда в офисе президента США ответили, что в графике Байдена встреча с Путиным не запланирована. Меньше чем через месяц Байден сам (!!) – и это тысячекратно повторяется, сам, первый, лично позвонил Путину. Российский телевизор ликует. О том, что Путин получил некоторый одномоментный профит от звонка Байдена, свидетельствует реакция рынка. Сразу после звонка Байдена доллар упал, а рубль, соответственно, поднялся до отметки 76,15, то есть доллар стал дешевле на 1,24 рубля. 
Прямая речь
14 АПРЕЛЯ 2021
Алексей Макаркин: Звонок важен, но преувеличивать его роль не стоит. Взаимопонимание между сторонами практически отсутствует, общей повестки, особенно позитивной, нет.
В СМИ
14 АПРЕЛЯ 2021
Коммерсант: Чтобы звонок в Кремль не выглядел явным диссонансом с усилиями его команды, в разговоре с Владимиром Путиным Джо Байден прошелся по болевым точкам отношений с Москвой.
В блогах
14 АПРЕЛЯ 2021
Аркадий Дубнов: Итак, Байден моргнул первым и позвонил. Зато вокруг Украины начнёт рассасываться
Автократы всех стран, соединяйтесь!
29 МАРТА 2021 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Военной хунте в далекой Мьянме (в прошлом Бирме) потребовалась срочная международная поддержка. Хотя поначалу все шло как обычно. Тамошним генералам решительно не понравились результаты выборов. Партия, которую они поддерживали, оказывалась в абсолютном меньшинстве. Не спасало даже то, что по специфическому законодательству этой страны главнокомандующий вооруженными силами наделен правом назначать в парламент 166 военнослужащих (около четверти депутатов). В этих условиях военные, понятное дело, совершили переворот, арестовали победителей, обвинили их в коррупции, пообещали неизвестно когда провести другие выборы, справедливые и честные.
Прямая речь
29 МАРТА 2021
Алексей Макаркин: Российское общество не интересуется тем, что там происходит, не является фанатом военных, но и не поддерживает мысль, что демократия – всегда хорошо.